Пусть бросит в меня камень тот, кто ни разу не попрекал супруга, допустим, за разбросанные повсюду носки. Или любимую за не целевую трату денег… Упрёки могут быть самого различного рода и свойства и особой опасности не представляют (дело-то житейское) ровно до тех пор, пока не превращаются в жизненную позицию. Ведь как это удобно упрекнуть другого, чтобы возвысить себя.
Упрёки как стратегия семейной жизни
Вы знакомы с идеальным во всех отношениях мужчиной? Держу пари, что вряд ли. И в его существование верите ну примерно так же, как в марсиан. То есть допускаете, Но воочию не видели, не сталкивались. До встречи с А. я абсолютно разделяла ту же точку зрения…
Моя приятельница познакомилась с А. отнюдь не романтично. Эта недотёпа умудрилась уронить на его кристально-голубые, как майское небо, джинсы кусок пиццы «Маргарита». А затем ещё и художественно растёрла салфеткой по ним кетчуп и расплавленный сыр. «Простите, простите, я нечаянно. Сейчас всё исправлю», — лепетала несчастная, увеличивая площадь томатного поражения..Совершенно растроганный и изумлённый сермяжной простотой симпатичной и неловкой барышни. А предложил замять инцидент в кофейне напротив. Конфликт урегулировали, да так удачно, что решили жить вместе в двухкомнатном, улучшенной планировки гнёздышке А. Куда меня, собственно, и пригласили однажды на церемонию чаепития. Едва переступив порог, я замерла в полном восхищении. Всё сверкало, переливалось и скрипело от совершенной чистоты и армейского порядка. «Прямо как в операционной», — стыдливо подумала я, вспомнив о своём ворохе неглаженого белья, небрежным комом брошенного в кресло.
«Светулик, подай, пожалуйста, своей подруге тапочки. Да не те, глупышка». «Нет-нет, туфли на тот коврик, что у двери. Всё время ты забываешь, милая». «Конечно, не можешь найти сахар, ведь теперь сахарница стоит не на той полке»… Я слушала и диву давалась. Моя веселушка-подружка с виноватой улыбкой водружала фарфор на положенное место, суетливо перетирала чашки и блюдца, без того сверкающие, словно звёзды на небе, и идеально ровно, мысок к мыску, «строила» туфли в прихожей.
«Что происходит, подруга?» — не удержалась я от расспросов, едва А. покинул пищеблок, тьфу ты, чистенькую кухню. «Да нормально всё. Просто я растяпа. То это сделаю не так, то.другое». «Может, тебе ещё и записывать, где что стоит, лежит, «сидит», чтобы А. не выходил из состояния равновесия?» «А я и записываю», -шепнула подруга и, кажется, всхлипнула.
Они разошлись через три года. «Он ведь никогда не повышал на меня голоса, — откровенничала потом приятельница. — Ему достаточно было просто… поднять глаза к потолку, и я сразу же с ним соглашалась. Бросалась «исправляться»: переделывать, перемывать, перевоспитывать. .. Впрочем, и это его не устраивало».
Упрёки как способ переложить вину с «больной головы на здоровую»
Отлично помню картинку из своего детства беззаботного. Маме надо ехать в командировку, я в пижаме с Микки Маусами неприступной глыбой стою в дверях и обещаю отпустить её только в обмен на куклу или коробку конфет «Птичье молоко». Взрослые — те же дети, только изрядно подросшие. Мы научились действовать тоньше и изощрённее, но план всё такой же — заставить партнёра почувствовать свою вину, дабы добиться от него желаемого. Мы приписываем другим собственные слабости и пороки, которые не готовы или не хотим увидеть в себе. А потом за них же и «выносим мозг» чайной ложечкой.
«Ревновать к телеграфному столбу» -это не штамп, не цветистый оборот речи, это суровая правда жизни. Знакомый «Отелло» ревновал свою жёнушку не только к пресловутой электрической опоре, но даже к стилисту Никите, о котором ходили слухи, что он, мол, к женщинам дышит ровно, зато стрижёт классно. Страдалица лишний раз из дома не решалась Выйти. И, Боже упаси, несчастной забыть телефон. Возвращалась за гаджетом из любой точки — вдруг ненаглядный будет звонить (а он будет звонить!), а она вне зоны доступа. Иначе ходить ей в упрёках как в шелках. «Специально не взяла…», «Где была с 8 до 11?» Думаете, перед нами фам фаталь и женщина-вамп в одном флаконе? Ничуть. Скромная милая пышечка с ямочками на щеках. Но наш Отелло пребывал в полной уверенности, что все слабые создания способны изменить даже на пути к мусоропроводу, и его супруга в том числе. И вообще, «женщина должна сидеть дома, одеваться в тёмненькое, с подружками встречаться редко, а то плохому научат»… «Ну что ж, — вполне резонно заметите вы, — жить по патриархальным заветам не так уж и плохо». И я бы с вами согласилась, если бы… Если бы однажды не выяснилось, что за плечами у ярого приверженца ортодоксального устройстваюемьи несколько романов, а уж мелких увлечений и не сосчитать.
Упрёки как удовлетворение потребностей, или Я и жертва, и палач
Моя соседка тётя Зина исправно дважды в месяц ходила с переливающимся всеми цветами радуги фингалом под глазом. Это знаменательное событие выпадало аккурат на день зарплаты и аванса у дяди Серёжи, её супруга. В остальные дни парочка если и выясняла отношения, то с меньшим энтузиазмом и без кровопролития. Когда сердобольные подружки начинали тетё Зине сочувствовать и призывать к разуму: «Брось ты этого пьянчугу окаянного и дебошира», тётя Зина, гордо вскинув подбородок, отвечала: «Без меня он пропадёт». Как будто от водки дядя Серёжа найдётся… Да и пил сосед горькую не просто так, а по причине уважительной «потому как с отравой живу».
Должна справедливости ради заметить, что тётя Зина таки получала свою полную сатисфакцию в момент, когда супруг находился в трезвом уме и волей-неволей был вынужден выслушивать упрёки супружницы. Ах, какие дифирамбы и рулады она пела, какими эпитетами награждала!
Собственно, к чему я клоню… Перед нами яркий пример, выражаясь термином психологическим, пары «жертва-палач». Тот, кто формирует чувство вины, как вы понимаете, палач. Тот, у кого оно формируется, оказывается в роли жертвы. Но и у палача тоже иногда просыпается совесть и возникает чувство вины (вспомните нашего дядю Серёжу). И тогда получается, что семейная система состоит из двух палачей и двух жертв. И во многих парах даже идёт соревнование, кто из них является большей жертвой. В этой пьесе каждый играет свою роль, и если один из двоих выйдет из образа, то всё развалится! Кстати, моя «сладкая парочка» до сих пор вместе, потому что и он, и она неуклонно следуют заранее расписанным ролям.
Будьте безупречны
Пока речь идёт о мелочах, не закрученном тюбике с пастой, не выключенном в ванной свете, запахе лака для ногтей на кухне, беспокоиться не о чем. Тем паче если обвиняемый и обвинитель ради «паритету» время от времени меняются местами. «Я же молчу, родная, что бельё, которое ты купила, дороже моего выходного костюма»…
«Так и я ни словечка, что ты все выходные в гараже с друзьями и со своей любимой «ласточкой» проводишь»…
Когда партнёры готовы услышать друг друга, принять критику, а посчитав её справедливой, что-то изменить в своём поведении, считайте, что в союзе полный порядок и благодать. В этом случае чувство вины становится точкой роста. А также мотивацией стать лучше, добрее, внимательнее, заботливее, аккуратнее… Словом, измениться со знаком +.
Но когда постоянные упрёки прочно вошли в систему жизненных координат — это признак слабости! И не ищите им никаких оправданий. Добиваясь власти над человеком через его обесценивание, обвинитель показывает свою уязвимость. Ведь он не смог выстроить отношения, гармоничные, успешные, никаким другим способом, кроме как не создав у партнёра чувства неуверенности в себе. Какая судьба ждёт такую пару? Когда один из двоих считает, что отношения основаны на доверии, а другой пользуется этим, чтобы раз за разом бить по больному месту, о котором знает только он, велик риск, что доверие навсегда уйдёт из отношений и союз рано или поздно распадётся.
Может, прежде чем произнести с укором «Сам такой…», «Сама такая…», стоит задуматься, так ли велик «грех» близкого и родного вам человека?
